История киноискусства. Изобретение аппаратуры

Ньютон

Исаак Ньютон

Демонстрируя  двадцать  четыре  (а когда-то шестнадцать) изображения в секунду, кинематограф вызывает у зрителя иллюзию непрерывного движения, потому что изображения, отражающиеся на сетчатой оболочке глаза, не стираются мгновенно. А при чем здесь Ньютон, возможно спросите вы.Это качество (или несовершенство) нашего – зрительный   след — превращает отдельные вспышки в сплошную линию огня. Изучением этой особенности, которую отмечали еще древние, занимались в XVII и XVIII вв. Ньютон и Шевалье д’Арси. Однако только исследования Питера Марка Роджета, англичанина швейцарского происхождения, привели нас к кинематографу. На основе этих работ знаменитый английский физик Фарадей сконструировал в 1830 г.  прибор, названный по его имени «колесом Фарадея» и описанный во всех трудах по физике, а Джон Гершель, поставив новый опыт занимательной физики, создав первую оптическую игрушку, в которой использовались рисунки.

Питер Марк Роджет

«Тауматроп», изобретенный в 1825 г. одновременно  Фиттоном и доктором Пари, представлял собой обычный картонный диск с нанесенными на его лицевую и оборотную стороны двумя  рисунками, которые при быстром вращении диска по диаметру совмещались.

В аппаратах, созданных одновременно в 1832 г. молодым бельгийским физиком Жозефом Плато и австрийским профессором Штампфером, были использованы основные   принципы   «колеса   Фарадея»   (зубчатый   диск, наблюдаемый в   зеркале)   и   рисунки   тауматропа.

Изобретения этих двух исследователей были сделаны   одновременно, но вне какой-либо взаимной связи.  Залог прогресса содержался в предшествовавших работах  английских  физиков.   Однако   Плато превзошел,   извлеченных   им   из   конструкции   своего «фенакистикопа».   Он   утверждал,   что    его   картонный   зубчатый   (или с прорезями) диск может одинаково хорошо служить как для воспроизведения движения путем использования ряда статичных рисунков, так и для разложения наблюдаемого движения на ряд отдельных фаз. В этих  выводах были заложены еще в 1883 г. принципы кинематографа — воспроизводящего

Тауматроп

и фиксирующего.

В Вене, Париже и Лондоне эти маленькие аппараты выходили из ка­бинетов физиков первоначально как игрушки. Они были детально опи­саны в 1851 г. Шарлем Бодлером, который сожалел только, что из-за чрезмерно высокой цены они были доступны лишь наиболее богатым людям. Англичанин Хорнер придал этим аппаратам новую форму, создав в 1834 г. «зоотроп» с лентой рисунков на картоне, отдаленно предвосхи­щавшей фильм,

Эти аппараты явились, по-видимому, зачатком современной муль­типликации, особенно после того, как австрийский генерал Франц фон Ухациус,

Зоотроп

объединив их с волшебным фонарем, описанным еще в XVII в. иезуитом Кирхнером, спроецировал рисунки па экран. Но для того, чтобы создать кинематограф в собственном смысле слова, необходимо было вместо рисунков использовать фотографию. Плато выдвинул это пред­ложение еще в 1845 г., но не смог сам приступить к работам: в результате непрерывных изысканий он лишился зрения. Впрочем, даже последовав его советам в то время, люди столкнулись бы с непреодолимыми техниче­скими трудностями.

Кинематограф подразумевает мгновенный снимок. В со­временной фотографии это обычное явление; но о нем никто не подо­зревал, когда в 1839 г. французское правительство купило патенты у Жака Манде Дагерра и у наследников Нисефора Ниепса, чтобы подарить миру одно из самых чудесных изобретений современности.

Первая фотосъемка Ниепса, произведенная около 1823 г.,— «На­крытый стол»

Жак Манде Дагерр

потребовала четырнадцатичасовой выдержки. Первыми д а г е р р о т и п а м и были натюрморты или пейзажи; необходимая выдержка в 1839 г. еще намного превышала тридцать минут. Это никого не удивляло: фотография рассматривалась как разновидность рисунка, как способ химического закрепления изображений в темной комнате (саmera obscura). Этим способом художники пользовались еще с начала эпохи Возрождения.

После 1840г. время выдержки при фотографировании было сокращено до двадцати минут, что дало возможность получить первые изображения людей, правда неестественных, застывших, обливающихся потом под лучами палящего солнца и всегда с закрытыми глазами. Вскоре для фотосъемки стало достаточно одной-двух минут выдержки. Но только с применением жидкого коллодия, получившим распространение с 1851 г., удалось

Нисефор Ниепс

создать фотографию с негативами на стекле, что давало возмож­ность печатать множество позитивных оттисков па бумаге. Время выдерж­ки было сведено к нескольким секундам, и новая профессия — фото­графия – вскоре привлекла десятки тысяч людей.

Начиная с 1951 г. в фотоателье стали осуществлять первые движу­щиеся фотографии (Клоде, Дюбоск, Гершель, Унтстоп, Уинхем, Сегэн и др.). Однако практики фото и исследователи его из-за сложности применения жидкого коллодия не могли достигнуть быстрой съемки, дающей десять изображений в течение секунды, что было необходимо для передачи движения. Фотографам пришлось прибегнуть к способу так называемой хронофотографии (серийной фотографии). Если надо было показать человека, опускающего руку, его фотографиро­вали сначала с поднятой рукой. Перезарядив аппарат, его снова фотографировали,

“Накрытый стол” автор Ниепс

но с рукой, уже несколько опущенной, и т. д. Это был далеко не совершенный процесс, позволивший, однако, еще до 1870 г. Дюмону, Куку и Дюко дю Орону предвидеть будущее использование кинематографа и некоторые его особенности (ускоренная и замедленная съемки, астро­номический кинематограф и т. д.).

Первые, более удачные съемки были произведены в Сан-Франциско и, после 1872 г. англичанином Мьюбриджем. Калифорнийский миллиардер Лиленд Стенфорд, разбогатевший благодаря сомнительным операциям с железнодорожными участками, заключил пари по поводу аллюра и поведения лошади, идущей галопом (что было описано в 1868 г. французским ученым Маре). Чудак Стенфорд истратил крупную сумму, чтобы дать возможность Мьюбриджу создать следующее необычное приспособление.

Галоп, который удалось снять Майбриджу. Кликайте – и смотрите!

Вдоль беговой дорожки, по которой бежали лошади, были установлены двадцать четыре темные кабины, в которых двадцать четыре оператора по сигнальному свистку одновременно приготовляли двадцать четыре фотопластинки со слоем жидкого коллодия; такая точность была необхо­дима, так как пластинки эти уже через несколько минут высыхали и теряли свою чувствительность. Как только двадцать четыре аппарата были заряжены, по дорожке пускали лошадей, которые, разрывая корпусом протянутые на их пути к затворам аппаратов тонкие шнуры, автоматически фотографировались.

Потребовалось несколько лет (1872—1878), чтобы усовершенствовать это приспособление. Пришлось столкнуться с самыми неожиданными просчетами, например со слишком большой прочностью шнуров, которые не разрывались, а стягивали с места и опрокидывали кабины, аппараты, пластинки и самих операторов.

В 1878 г. фотографии, сделанные в Калифорнии, были опубликованы повсюду. Они вызвали восторг ученых-исследователей, и негодование художников-академистов, утверждавших,  что  фотообъектив  «видит» неправильно.

Этьена Маре и его знаменитое фоторужье

Физиолог Маре, изучавший в течение двадцати лет движения животных, пользовался при этом собственным графическим методом, основанным на вычерчивании линии иглой по закопченной поверхности. В 1882 г. после поездки Мьюбриджа по Европе ученый решил прибегнуть для своих опытов к фотографии. Его задача была облегчена только что появившимися в продаже броможелатиновыми пластинками, которые в отличие от мокроколлодионных пластинок сохраняли светочувствительность в течение нескольких лет и давали возможность легко получать моментальные фотографии.

После того как было сконструировано «фотографическое ружье» Этьена Маре — усовершенствованный «фотографический револьвер», изобретенный в 1876 г. астрономом Жансеном, – Маре продолжил свои ра­боты, превратив «хронофотограф с неподвижными пластинками» (1882) в «хронофотограф с подвижными пластинками» путем применения катушек появившейся в продаже пленки фирмы «Истмен-Кодак Компани». В октябре 1888 г. Маре представил Академии наук первые снимки, сделан­ные на пленке. Он, по существу, был создателем съемочного аппарата и современной съемки.

Труды Маре предопределили работы Лонда во Франции, Оттомара Аншютца в Австрии и др. Вскоре после представления Маре своей пер­вой ленты Академии наук Лепренс и Фриз Грин добились аналогичных результатов в Англии (1888—1890). Им удалось проецировать свои ленты на экран как в лаборатории, так и при случайных демонстрациях (как это позднее делал Маре, а затем его сотрудник Демени). Ленты Лепренса и Фриз Грина были перфорированы — существенное приспособление, обес­печивающее необходимую для хорошей проекции стабильность изобра­жения на экране.

Оптический театр Рейно

Одновременно перфорирование было применено и создателем мультипликации Рейно.

Рейно, сын гравера медалей и учительницы, кустарь и талантливый самоучка, сконструировал в 1887 г. «праксиноскоп» — дальнейшее усо­вершенствование зоотропа Хорнера, соединенного на этот раз с зеркаль­ным барабаном. Постепенно улучшая этот скромный аппарат (праксино­скоп — «проекционный театр» и т. д.), Рейно в 1888 г. создал свой «оптический театр» (применив перфорированные ленты), при помощи которого начиная с 1892 г. и в течение почти десяти лет он давал в музее Гревон в Париже первые продолжительные публичные сеансы с цвет­ными движущимися рисунками, проецируемыми на эк­ран. Программа сеанса включала несколько лент, показ которых продол­жался 10—15 минут каждая. Уже тогда Эмиль Рейно пользовался техни­ческими приемами, присущими современной мультипликации (рисование движущихся фигур отдельно от декораций, последовательные фазы движения на прозрачной бумаге, трюки, цикличность движений и т. п.).

Томас Алва Эдисон

В то же время Эдисон сделал решающий шаг в развитии кинема­тографа, создав применяемую и в настоящее время 35-миллиметровую кинопленку с. четырьмя парами перфораций на каждый кадрик. Наряду с этим, наладив фабричное производство «ламп накаливания» он приступил к выработке электроэнергии в крупных масштабах, что привело к организации «Дженерал Электрик» — могущественного элек­трического треста, контролируемого банком Моргана.

В 1887 г., покончив с этой задачей, Эдисон занялся усовершенство­ванием фонографа (который он когда-то создал в процессе своих работ по изобретению телефона) путем соединения его с движущейся фотогра­фией. После ряда неудачных попыток Эдисон вернулся к хронофотографу Маре. Основное изменение в этом аппарате, сделанное англичанином Дик­соном, который проводил свои изыскания под наблюдением Эдисона, заключалось в перфорировании лент и в применении целлулоидной пленки длиной в 50 футов, специально изготовлявшейся компанией фотографических материалов «Истмен-Кодак Компани».

Витаскоп Эдисона

Эдисон отказался от публичной демонстраций своих фильмов своих фильмов на экране, считая, что этим будет убита «курица, несущая золотые яйца»; по его мнению, публика не могла заинтересоваться немым кино. Поскольку же он потерпел неудачу в изобретении говорящего кино, показываю­щего к тому же действующих лиц в натуральную величину, ему пришлось довольствоваться выпуском в продажу в 1894 г. своих «кинетоскопов» — аппаратов с окулярами (кинотеатров для одного человека), по барабанам которых передвигалась перфорированная лента длиной в 50 футов.

Тотчас же десятки изобретателей во всех странах мира устремились на поиски способов для проецирования этих фильмов на экран. Для этого требовалось разрешить теоретически простую проблему: нужно было пропускать фильмы через проекционное окно волшебного фонаря, используя для этого уже существовавшие ранее прерывисто-подающие механизмы (мальтийский крест, эксцентрики, грейфер и т. п.). Демонстрировали или выпущенные в продажу позитивные копии фильмов Эдисона, или фильмы, снятые при помощи аппаратов типа хронофотографа Маре на пленку вве­денного Эдисоном формата.

Кинетоскоп Эдисона

Победителем в этой погоне за изобретениями должен был стать тот, кто первый сумеет дать ряд платных публичных сеансов: лабораторные и публичные демонстрации носили с  1888 г.   случайный характер, хотя и  происходили часто.

К 1895 г. количество сеансов движущейся фотографии увеличилось. Их изобретатели, как правило, не знали друг о друге, что послужило впоследствии причиной бесконечных споров о приоритете в кино. Америка, где были проданы первые кинетоскопы, претендует на приоритет, ссылаясь на Акме Лероя и Юджина Лоста (отдельные сеансы, происходившие начиная с февраля 1895 г., но не получившие отклика), Диксона, Латама и его сыновей (ряд сеансов в Нью-Йорке в мае, быстро прекратившихся за отсутствием зрителей), Армата и Дженкинса (сеансы, данные в сентябре в Атланте с сомнительным успехом). Несколько позднее в Германии демонстрировался аппарат Макса Складановского (ряд сеансов с 1 декабря в Винтергагрете, продолжавшихся в течение нескольких недель, несмотря на техническое несовершенство фильмов и их короткометражность).

Братья Люмьер, слева Огюст, справа Луи

Однако ни один из этих сеансов не сопровождался столь огромным успехом, какой выпал на долю «кинематографа Люмьера» начиная, 28 декабря декабря 1895 г. в «Большом кафе» (бульвар Капуцинов в Париже).

Луи Люмьер, руководивший вместе со своим отцом и братом крупной фабрикой фотоматериалов в Лионе, начал сваи изыскания после появле­нии во Франции первых кинетоскопов (1894). Он сконструировал хронофотограф, применив для прерывистого движения ленты эксцентрик Хорнблауера и целлулоидную пленку, изготовленную в Лионе по размерам, установленным самим Эдисоном.   После    многократных   публичных   сеансов, происходивших начиная с марта 1895 г., Люмьер заказывает в мастерских, руководимых Карпантье, свой «синематограф», являющийся одновре­менно съемочным, проекционным и копировальным аппаратом, далеко превосходящим все ранее созданные. Техническое совершенство аппарата и сенсационное содержание новых фильмов Люмьера обеспечили им по­всеместно триумфальный прием.

Десятки операторов, обученных Люмьером, распространили его ап­парат по всему миру, создав известность в большей части земного шара слову «синематограф» (или его производным «синема», «сине», «кино» и т. д.), означающему новый вид зрелища. Русский царь, английский король, австрийская императорская семья — все коронованные особы хотели видеть новый аппарат и этим создали ему большую рекламу.

В США первые сеансы синематографа состоялись вскоре после появ­ления «вайтаскопа» Армата — Эдисона; однако успех французского аппа­рата намного превосходил успехаппарата, созданного под наблюдением великого

изобретателя. Шесть месяцев спустя сначала в Америке, а за­тем в Европе с ним начал конкурировать новый аппарат — «байограф», созданный Лостом и Диксоном и эксплуатируемый мощным финансовым объединением, в котором принимал участие брат президента США Мак-Кинли. В Лондоне Уильям Пол с первых же шагов был наголову разбит Луи Люмьером; позднее он стал фабрикантом аппаратов, а затем режис­сером. Во Франции Мельес дебютировал фильмами, снятыми аппаратом Уильяма Пола; Леон Гомон выступил с хронофотографом Демени, тогда как Шарль Патэ конструкцию своих первых аппаратов поручил Анри Жоли.

К концу 1896 г. кинематограф окончательно вышел из стадии лабора­торных изысканий. Запатентованные системы проекционных и съемочных аппаратов насчитывались отныне сотнями. Люмьер, Мельес, Патэ и Го­мон во Франции, Эдисон и «Байограф» в США, Уильям Пол в Лондоне уже заложили фундамент кинопромышленности, и каждый вечер тысячи людей заполняли темные залы кино.

Мы дали лишь очень беглый обзор истории изобретения киноаппара­туры, так как нашей основной целью является история искусства — и с к у с с т в а кино. Изучим сначала движущиеся картинки, которые были самыми отдаленными предками кинематографа, детским лепетом еще нового, неведомого языка.

Жорж Садуль “История киноискусства”

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>