} ?>

Фильмы Уильямсона и Смита — авангард киноискусства 1900-х годов

06.03.2011

Джеймс Уильямсон

Значительно полнее были использованы натурные съемки Уильямсоном и Дж. А. Смитом, уроженцами Брайтона, где в то время жил изоб­ретатель Фриз Грин. Сначала они были фотографами на брайтонском пляже, а потом стали операторами кинохроники. Смит уже первыми своими натурными   киносъемками   предвосхитил   Пола   в   области    кинотрюков. Не подозревая о фильмах Мельеса и, возможно, даже ранее их появления, он  применил  двойную  экспозицию  (воспользовавшись  ею  для   съемки кадров, в которых один и тот же актер одновременно играл две роли) в фильме «Корсиканские братья» (1898), поставленном по мотивам мелодрамы Александра Дюма. Запатентовав  затем  свое  открытие - новое применение старого фотографического приема, - Смит снял этим способом   ряд   волшебных   фильмов:   «Фотография    призрака»,   «Гипнотизер», «Святой Николай», «Золушка», «Фауст», «Аладдин», «Женщина-цирюльник». Эти недорогостоящие   фильмы   отлично   продавались.   Удовлетворенный полученной огромной прибылью, Смит на два года приостановил дальнейшее  производство фильмов.

Воспитанный в школе, операторов компании «Люмьер», Уильямсон в отличие от Мельеса не ограничивал поле зрения аппарата позолоченной рамой театральной сцены. В 1899 г. он снял в семи или восьми планах греб­ные состязания в Хейнлейне, последовательно показав, как собирались зрители, старт яхт, несколько экипажей в разгаре гонок, а также зрителей, снятых с движущейся лодки. Его примитивный монтаж заканчивался клином прибытия победителей к финишу. В этом же духе в 1900 г. он воспроизвел и эпизод восстания боксеров: «Нападение на миссию в Китае».

По существу, этот фильм не был инсценированной хроникой, посколь­ку Уильямсон весьма вольно передавал современные ему события. Он предвещал скорее «Воздушные силы» или «Назначение Токио», чем «Битву за рельсы». (Первые два фильма о второй мировой войне сняты в Голливуде; третья лента – французская, рассказывает о движении Сопротивления).

Фильм «Нападение на миссию в Китае», демонстрация которого про­должалась пять минут, состоял из четырех картин. У дверей миссии появляются боксеры и взламывают их. В саду завязывается схватка. Свя­щенник убит. С балкона его жена машет платком, призывая на помощь. Но мановению ее руки сцена меняется (на этот раз смена планов мотиви­руется не магическими пассами фокусника, как это было у Мельеса, а обычной жестикуляцией). Моряки его величества замечают сигнал. Под предводительством офицера верхом на лошади они бегут к дому миссии. Красавец всадник врывается в сад в тот самый момент, когда боксеры, успев поджечь дом, уводят дочь священника. Офицер спасает ее, посадив на круп коня сзади себя (конь мчится прямо на зрителя, как локомотив в Сипота). Тем временем из глубины в кадр входят матросы; они избивают китайцев и очищают поле битвы; трое смельчаков спасают жену мошенника из пламени.

Стиль   этого   фильма,    во    всем   противоположный   стилю   Мельеса, показал путь приключенческим фильмам, главным образом «ковбойским». Преследуемая жертва и её спасители (их изображения монтируются параллельно) открывали прекрасные драматические возможности для ки­нематографа: впервые они были использованы в «Нападении на миссию». Этот фильм был как бы прологом к бешеным скачкам Тома Микса и шедеврам Гриффита, включая и «Нетерпимость». Такой сугубо кинематографический стиль рассказа не был, по-видимому, еще известен в 1900 г. за пределами Англии.

Жорж Садуль "История киноискусства" Глава  IV Брайтонская школа (продолжение)

Предыдущая статья - "Брайтонская школа. Кинематограф Уильяма Пола"

Следующая статья - "Как Джордж Альберт Смит изобрел монтаж"


Оставьте комментарий к этой записи ↓

* Обязательные для заполнения поля
Внимание: все отзывы проходят модерацию.