Кинотеатры “Никель-одеоны”

Никель-одеоны

В 1902 г. во всем мире общее число мест в стационарных кинематографах было, по всей вероятности, меньше, чем число кресел в одном «Гомон Паласе».

Кинотеатры Никель Одеон

 Однако на ярмарках новый вид развлечения пользовался громадным успехом.

В течение нескольких трудных лет конца века число любителей этих любопытных зрелищ в деревнях и маленьких городках было весьма незначительно, но затем постепенно публика пристрастилась к кино. В 1900 году нью-йоркские кафешантаны, чтобы сломить стачку артистов, были превращены на несколько недель в кинематографы; однако они не смогли успешно развить это дело из-за отсутствия определенных программ.

Ярмарочные предприятия, носившие временный характер, не предъявляли подобных требований. Уроды, укротители, владельцы музеев восковых фигур, борцы пользовались кинокартинами для привлечения публики в балаган или в качестве аттракциона, превращая, таким образом, свои заведения в кинематографы. Это движение, начавшееся в Англии, широко распространилось затем в Соединенных Штатах, во Франции и во всех континентальной  Европе.

В некоторых балаганах помещалось по нескольку сот зрителей; они стояли и сидели на обтянутых красным бархатом скамьях первых рядов. Фонограф заменял оркестр, а зазывала комментировал картину.

Странствующие   владельцы   балаганов   довольствовались для своих программ всего тысячью или двумя тысячами метров принадлежащей пленки. Их предприятия носили всегда чисто кустарный и семейный ха­рактер, даже если это были крупные кинематографы.

В Англии каждый промышленный центр имел свой мюзик-холл, подобный французским кафешантанам, театрам водевилей или американские театрам варьете. В  программах мюзик-холлов кинокартины появились очень рано. Значительная часть этих залов была организована в цепочку   (например, цепь «.Мосс»); они принадлежали крупным финансовым группировкам. Подобно ярмарочным балаганам, мюзик-холлы также стали преобразовываться в кинематографы, Англия была первой страной, обла­давшей большим числом   кинозалов, но Соединенные Штаты скоро обогнали ее.

В 1905 г. в Питтсбурге, столице Пенсильванского горнопромышленного округа, Гарри П. Девис и Джон П. Харрис, театральные антрепренеры и агенты по продаже недвижимости, сняли в рабочем квартале маленькую лавку для демонстрации фильма «Большое ограбление поезда». В этом зале, который буквально осаждался рабочей публикой, кинокартина шла непрерывно с восьми часов утра до полуночи. Каждый сеанс длился около получаса.

Эта лавчонка в Питтсбурге имела для кино то же значение, что и самородок, найденный в 1847 г. близ Сан-Франциско на ферме Иоганна Суттера. Она также явилась сигналом, но не к «золотой лихорадке», а к «никелевой».

«Никелем» называют в Америке монету в пять центов — скромную входную цену в кинозал. Когда   соблазненные   питтсбургским   успехом предприниматели начали открывать подобные кинозалы, народ прозвал их «никель-одеоны». И хотя входная цена на эти киносеансы была очень низка, все же владельцы залов получали огромные прибыли на весьма небольшой вложенный ими капитал. В ряде случаев недельный доход от одного зала был достаточен для   финансирования вновь  открываемого   предприятия.

«Никель-одеоны» вербовали свою клиентуру среди самого бедного населения, главным  образом среди эмигрантов, ежегодно   прибывавших в Америку в количестве более миллиона человек, в основном из Центральной Европы. Поскольку незнание английского языка преграждало им доступ в театры, они осаждали театры водевилей, театры варьете и «пенни-аркады». «Пенни-аркады», которые во Франции называют «кермессами»,— это лавки, в которых собраны всевозможные автоматы: фонографы, электризаторы, математические гадалки и т. п.

Целая цепь «пенни-аркад» и театров водевилей была сгруппирована в одних руках, причем здесь часто распоряжались недавние эмигранты. Эти предприятия превратились в «никель-одеоны», которые своей организацией копировали знаменитые «чайн-сторсы» (китайские лавки) Вульворта, базары, на которых все товары продавались по пять-десять центов. Доходы с этих предприятий позволили некоторым владельцам открывать каждый месяц по одному, по два новых кинозала. В результате, начиная с 1908 г. в руках некоторых владельцев цепи сосредоточились  сотни «никель-одеонов»; Фоксы, Леммле, Цукоры, Лоевы представляли собой новую силу.

Карьеры владельцев «никель-одеонов» имеют много общего. Один из них, Карл Леммле, был немецким эмигрантом. В течение двадцати лет он работал в скромном магазине готового платья  в Ошкоше (Висконсин), скопил к сорока годам несколько тысяч долларов. Прежде чем открыть собственное дело, он провел несколько недель в Чикаго в поисках выгодного помещения своих денег. Его поразили длинные очереди у «никель-одеонов». Тщательное ознакомление с их посещаемостью, расположением, программами, сборами и доходами побудило этого осмотрительного человека решиться стать Вульвортом «никель-одеонов». И четыре года спустя он действительно  им стал.

Также обогатил кинематограф и многих других: красильщика Фокса, лавочника Маркуса Лоева, владельца «пенни-аркад»; венгра Цукора, бывшего торговца кроличьими шкурками, и четырех братьев Уорнер, занимавшихся ремонтом велосипедов в Ньюкасле (Пенсильвания) после прибытия их в США из родной Польши.

Соединенные Штаты, в которых к началу 1905 г. не было и десяти кинозалов, к концу 1909 г. насчитывали уже около десяти тысяч кинематографов (известно, что в настоящее время их число не превышает пятнадцати тысяч – книга вышла в середине 60-х гг.), тогда как во Франции в это же время было не более двухсот или трехсот кинозалов, а во всем остальном мире — не более двух-трех тысяч. Таким образом, в отношении роста числа кинематографов Америка оставила далеко позади все остальные страны. На десять копий французского фильма, проданных во Франции, приходилось пятьдесят копий, проданных за пределами страны, и двести, проданных в Америку. Французский приоритет опирался на весьма слабую базу.

Однако Патэ не прекращал и дальше развивать сеть кинематографов Бывший содержатель кафе, Брезильон, превратил для него многочисленные театры и залы казино в кинематографы. Естественно, что во Франции, где население в значительной мере состояло из крестьян, социальная структура ограничивала возможности развития кино. Менее понятно было отставание кино в Германии, являвшейся наиболее индустриальной в то время стране Европы; улучшилось это положение лишь после 1914 г. В России и Италии число кинозалов непрерывно увеличивалось.

В 1908 г. общее количество посетителей кино стало настолько значительным, что производство в некоторых странах смогло уже перейти от кустарничества к промышленности. Интерес капитала к кино возрос; началось создание гигантских предприятий. Конкурируя с Патэ, стали формироваться новые солидные американские и европейские предприятия.

 Жорж Садуль “История киноискусства”. Глава VII Рост предприятий и развитие художественного фильма

Читайте предыдущее

Эволюция кинопостановок. Европа, Россия, Америка: 1902-1908 гг.

И последующее:

 Трест, который НЕ лопнул

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>