Трест, который НЕ лопнул

«Никелевая лихорадка»

Истмэн и Эдисон около новой модели кинокамеры

вывела американских продюсеров из того состояния маразма, в которое их повергла «война патентов», хотя последствия еще не прекратилась. Адвокаты Эдисона удвоили свое рвение. В октябре 1907 г. они добились в Чикаго решения, практически запрещавшего выпуск любого фильма, нарушавшего патентные права Эдисона.

Встревоженные этим решением, продюсеры приняли условия Джильмора — грозного коммерческого директора компании Эдисона — и образовали под его эгидой настоящий «картель».

Вскоре после этого по настоянию фирмы «Байограф», давней соперницы Эдисона, последний тоже вступил в этот картель. Участниками его являлись восемь крупных американских компаний: «Байограф», «Эдисон. «Вайтаграф», «Эссеней», импортирующая и распределяющая фирма «Джордж Клейн», «Любин», «Зелиг» и «Калем». Кроме того, в эту организацию, руководителем которой стал энергичный директор фирмы «Байограф» Джеремия П. Кеннеди, вошли и филиалы двух иностранных фирм «Патэ» и «Мельес».

Патэ согласился выплачивать Эдисону определенную сумму за все фильмы, которые он продавал в Соединенные Штаты. Он полагал, что этот налог избавит его от всех конкурентов неамериканцев, за исключением неопасного для него Мельеса.

Устами адвоката Эдисона, Франка Л. Дайера, «Трест», как его называли противники, предъявил американскому кино драконовские условия:  каждый продюсер обязан вносить ему по полцента за каждый фут пленки, снятой или напечатанной; каждая прокатная фирма выплачивает ежегодно за выданную ей лицензию пять тысяч долларов; каждый владелец кинематографа вносит пять долларов в неделю. Эти взносы, вскоре составившие миллион долларов прибыли в год, обосновывались прежде всего открытиями, сделанными в лабораториях Эдисона между 1889 и 1894 гг., хотя самому Эдисону эти опыты стоили менее двадцати тысяч долларов.

В обмен на свои взносы продюсеры получали монополию и значитель­нее преимущества;  прокатные же фирмы и владельцы кинематографов должны были довольствоваться  обещанием защиты в  случае  судебных процессов.  Комбинации Дайера были построены на легальной фикции, а на монополии производства и поставки; потому-то его сооружение и было непрочным.

Джордж Истмэн

Джордж Истмен, король пленки, обещал поставку своей продукции исключительно  членам треста Эдисона. И хотя прекращение свободной продажи пленки открывало дорогу таким соперничающим с ним фирмам, как «Анско», все же Истмен предпочитал развитие свободной конкуренции, которая только   и   могла  уничтожить   монополию. Эдисон   хотел уменьшить число прокатных фирм и сосредоточить прокат в своих руках; Истмен же, наоборот, нуждался в увеличении числа прокатчиков, количества  выпускаемых копий и метража продаваемой пленки.

Помимо Америки, Истмен стремился завязать связи также и с Европой, которая тогда превосходила Соединенные Штаты в отношении кинопродукции. Однако в то время на старом континенте, как и на новом, кино переживало критический момент. Длившийся, хотя и недолго, глубокий экономический кризис (1907—1908) лишил мелкий люд средств к существованию, вызвав сильную безработицу. Кинематограф, роскошь народа, вступил в фазу упадка. Поэтому крупные продюсеры стали добиваться разгрузки рынка от старых фильмов путем ограничения строгими предписаниями срока их показа. Другие рекомендовали ввести принудительные договоры на прокат. Это вело ярмарочный кинематограф к гибели.

Создание    американского    треста    глубоко    взволновало    Европу. Ассоциация  английских фирм разослала  по этому поводу письма,  и в течение целого года в центре кинопромышленности, в Париже, происходили предварительные совещания. Постепенно, однако, конфликт с американцами отошел на второй план; теперь фирмы настаивали уже на скорейшем прекращении эксплуатации старых фильмов. Это предложение отвечало интересам Истмена, который сообщил о своем согласии прибыть на конгресс, открывавшийся 2 февраля 1909 г. в Париже. Председательствовал на съезде любезный и улыбающийся Жорж Мельес. Шарль Патэ, также присутствовавший на конгрессе вместе с другими европейскими предпринимателями – англичанами, немцами, итальянцами, русскими, датчанами,— присоединился к предлагавшемуся проекту, по-видимому, в последнюю минуту. Американцы удовольствовались посылкой наблюдателя.

Собравшиеся на конгрессе представители пятидесяти фирм прибыли из стран, различавшихся как степенью охвата их кризисом, так и своей экономикой. Поэтому те мероприятия, которые были вполне приемлемы, пример, для Англии — страны с широко развитой обрабатывающей промышленностью и слаборазвитой добывающей, – могли быть абсолютно непригодными для Дании, находившейся в совершенно ином положении. На этом конгрессе Истмен пообещал, если будет организован «картель» предоставить последнему исключительное право на свою продукцию. Скрывавшаяся в этом обещании угроза устранила колебания. В результате конгрессом была принята расплывчатая резолюция, единственным определенным пунктом которой было решение о запрещении продажи фильмов.

Узнав об этом,   владельцы   передвижных   ярмарочных  кино  бурно запротестовали. Они заговорили о необходимости созыва международного съезда владельцев кинотеатров и открыли повсюду сбор средств на сбор против треста, собрав… сто   десять   франков.   Но еще  до их выступления Патэ в дерзком и коротком письме, адресованном Мельесу, объявил о своем  выходе  из   объединения, которое  после  его выбытия и развалилось.

За кулисами   конгресса   развернулось  подлинное сражение конкурентов. Истмен приехал в Европу не только как участник конгресса, но для того, чтобы ознакомиться с невоспламеняющейся ацетатной пленкой, рецепт изготовления которой был только что разработан германским химическим картелем. Достаточно было кампании в печати, чтобы полиция запретила применение воспламеняющейся пленки, в результате чего фирма «Кодак», не верившая в будущее невоспламеняющейся пленки, была вынуждена потесниться.  Немецкий картель, объединившись с  давние соперником Истмена, фирмой «Анско», овладел монополией на сырье.

Фото участников Парижского конгресса кинопромышленников 1909 г. , в первом ряду второй справа – Чарльз Урбан, рядом – Леон Гомон, Жорж Мельес, Джордж Истмен, Шарль Патэ, Джордж Роджерс, мендежер французской компании Урбана “Eclipse”. Также на фотографии Ли Баркер, Сесиль Хепуорт, Роберт Пол, Джордж Крикс, Джеймс Уильямсон

 В Париже предприниматель из Рочестера, узнав, что его главный клиент, Шарль Патэ, открывает свою собственную фабрику для производства невоспламеняющейся пленки, потребовал созыва специального совещания административного совета Венсенна, к которому и обратился с самыми серьезными предупреждениями. Группа Нейре заколебалась и чуть было не уступила, но Шарль Патэ влил в колеблющихся новую бодрость, в свою очередь пригрозив открыть конкурирующее предприятие. Он вручил Истмену отказ в его претензиях, на который тот ответил полным прекращением поставок пленки. Патэ не дал себя запугать, так что все преимущества, полученные Истменом на Парижском конгрессе, оказались иллюзорными. Исключительное право на поставки перестало быть преимуществом «Ко­дака», что представило для него серьезную угрозу.

Истмен обратился за советом к самому крупному парижскому адвокату, Раймонду Пуанкаре, который ответил ему, что осуществление монополий вообще противоречит положениям Гражданского кодекса. Тогда Джордж Истмен покинул конгресс (конгресс этот получил наименование «Конгресса простофиль»). Европейское производство фильмов вернулось к состоянию анархии, или, лучше сказать, к свободной конкуренции.

Каждый  по-своему  стал искать  способ покончить с кризисом. Многие, видя разрешение этого вопроса в завоевании новой публики, обратились к «художественному  фильму».

Жорж Садуль. История киноискусства. Глава VII “Рост предприятий и развитие художественного фильма”

Предыдущее

Кинотеатры Никель-одеоны

И последующее

Великие сюжеты, благородные герои, выдающиеся актеры

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>